В практике я часто вижу людей, которые хотят испытывать только «светлые» чувства.

Радость — пожалуйста. Спокойствие — отлично. Благодарность — идеально.

А вот тревогу, злость, грусть, вину воспринимают как сбой системы.

Стыдятся, прячут, считают слабостью. Хотят «перепрошить» себя, чтобы не чувствовать лишнего.

Хотеть избегать неприятных эмоций — естественно. Но когда это превращается в привычку всё время быть в ресурсе и держать лицо, психика платит за это телом.

Эмоции — не слабость. Это древнейшая мобилизационная система организма.

Она помогает быстро сориентироваться в реальности: что сейчас происходит и какой требует реакции.

Злость защищает границы.
Грусть помогает сохранить энергию и восстановиться.
Отвращение оберегает от токсичного.
Страх мобилизует внимание и помогает выжить.

Каждая эмоция имеет своё назначение. Не бывает «хороших» и «плохих» чувств.

На сессиях я часто чувствую не только то, что человек говорит, но и то, что он не говорит.

Иногда вдруг накатывает злость, становится тяжело дышать, появляется комок в горле или хочется заплакать. И я понимаю: это не мои эмоции.

Это отражение того, что человек привык в себе не замечать или подавлять. Тело терапевта часто становится зеркалом — оно отражает то, что происходит с клиентом.

Слова звучат спокойно, а пространство наполнено напряжением. Или человек рассказывает о чём-то «уже давно пережитом», а в теле поднимается тревога, будто всё происходит прямо сейчас.

Я стараюсь говорить об этом напрямую, замечая: «Я чувствую тяжесть в груди», «меня будто подташнивает», «во мне поднимается раздражение».

В этот момент человек замирает, прислушивается и вдруг откликается: «Да… вот это я сейчас и чувствую».

Это всегда особенный момент — когда человек впервые признаёт свою настоящую эмоцию.

Называя чувство, он перестаёт с ним сливаться и начинает его видеть. А значит, возвращает себе контакт с собой.

Эмоции не врут.

И когда человек наконец позволяет себе чувствовать, он не теряет контроль, а становится настоящим собой.

Эмоции, которые мы не осознаём, не исчезают — они находят способ проявиться в теле или поведении.

Как напряжение, бессонница, усталость или колебания давления — не всегда напрямую, но как следствие хронического внутреннего напряжения.

Если злость под запретом, не замечаешь, когда тебя используют или обижают.

Если бежать от грусти, легко пропустить момент, когда нужно остановиться: осознать важное, отпустить прошлое, дать себе время восстановиться.

Если подавлять отвращение, оставляешь рядом то, что вредит.

Быть в контакте со своими эмоциями — значит получать информацию.

Понимать, что с тобой происходит на самом деле: какие события, люди и решения тебе подходят, а какие нет.

Пока мы стараемся «не чувствовать», теряем контакт с реальностью и собой.

Некоторые боятся, что, если позволят себе злость, страх или грусть, эти чувства выйдут из-под контроля и поглотят их полностью.

Например, если позволить себе грустить, навсегда погрузишься в депрессию.

Но происходит наоборот: когда эмоция признана и прожита, становится легче дышать.

Контакт с эмоциями — как возвращённое обоняние после ковида. Пока не чувствуешь, кажется, что можно жить и так.

Но когда возвращается способность ощущать, вдруг понимаешь, насколько раньше всё было плоским и безвкусным.

Эмоции — соль жизни. Без них мы существуем будто наполовину.

А когда снова начинаем чувствовать, возвращаем себе объём, живость и способность различать: где по-настоящему да, а где нет.